01:21 Всадник | |
Впервые выкладываю то, что некоторые называют творчеством. Я не знаю, насколько уж я хороший писатель, но иногда могу написать что-то стоящее. И это одно из них. Выношу на ваш строгий, незаинтересованный во лжи, суд. Земля кричала под редкими лучами ледяного февральского солнца: холод пробрал ее до самых дальних и углубленных слоев, но сейчас вряд ли бы кто услышал ее мольбы о пощаде. На пустынных улицах постапокалиптического мира не было видно ни единой живой души, лишь иссохшие заиндевевшие кусты с бедной листвой буро-зеленого цвета изредка шумели от скупых порывов усталого ветра. Печальная картина до недавнего времени жилых, а ныне обращенных в руины домов-многоэтажек, многочисленных пепелищ, когда-то называемых лесопарковыми зонами, небольших, почти сравнявшихся с землей церквушек на окраине бывшего кипящего жизнью города – практически все тихо припорашивал мокрый и противный снег черного цвета. Его белизна уже давно была потеряна, смешавшись с черным дымом пожарища, впитав в себя все те многочисленные крики и стоны, от которых что-то внутри его природы сломалось, стало грязным и мерзким. Оглушительная тишина, неживая и до зубовного скрежета нестерпимая, воцарилась здесь. Плотная корка снега цвета сажи треснула под копытами тяжелой лошади – одинокий всадник в мутно-алом плаще пересекал пустошь, не обращая никакого внимания на звенящее безмолвие, способное свести с ума любого. Лошадь путешественника шла неспешно и спокойно, ведомая твердой рукой своего хозяина. Грива ее, что раньше полыхала ярче самого сильного пламени Ада, заметно поредела и приобрела сизый оттенок, с которым обычно тухнут костры. На багрово-красной шкуре иней вырисовывал причудливые узоры, раз за разом утолщаясь на теле несчастного животного, которое уже было слишком утомлено, чтобы пытаться избавиться от подобной неприятности. Тихо и чинно всадник и его верный конь продвигались вперед по взрытой дороге, до сих пор пахнущей горящим асфальтом, с ноткой болезненных слез и душераздирающих воплей людей, что жили здесь до недавних событий. Сейчас уже слишком поздно о чем-то говорить… Всадник слабо дернул поводья на себя, призывая своего верного друга остановиться. Конь послушно потоптался на месте и поднял тяжелую усталую голову. Сам князь Ада, Вельзевул, почтил их вниманием. | |
|
Всего комментариев: 1 | |
![]() 0 | |